XII. «Ваши пророки — наши пророки…»

Милости я хочу, а не жертвы.
Пророк Осия

 

Многие годы в еврейском мемориальном комплексе Яд Ва-шем в Иерусалиме увековечиваются на особой стеле имена праведников народов мира. Это список людей разных национальностей, которые так или иначе спасали евреев от преследований нацистов, от депортации в лагеря, от местных коллаборационистов.

В списке тысячи имён — представителей чуть ли не всех европейских народов, на землях которых происходила катастрофа, именуемая Холокостом.

Конечно, эта благородная акция имеет свой националистический оттенок, поскольку для Яд Ва-шема интерес представляют европейцы, спасавшие только евреев. Поэтому в определении того, кто может являться праведником мира, а кто нет, есть немало странного и даже курьёзного.

Болгарский царь Борис, союзник фашистского рейха, к примеру, объявлен праведником мира, поскольку до 1943 г. он сопротивлялся выдаче немцам 50 тысяч болгарских евреев. Правда, в 1943 году болгарское правительство всё-таки приказало 20 тысячам софийских евреев покинуть столицу. Но если бы дело ограничилось только этим!

За присоединение к странам фашистской оси Болгария получила «в дар» от Германии оккупированные немцами территории, ранее принадлежавшие Югославии и Греции, на которых жили 14 тысяч евреев. Поскольку они не имели болгарского подданства, царь Борис с облегчением сдал их немцам, которые направили несчастных в Треблинку… Впрочем, не таким уж юдофилом был царь Борис, каким его изображают многие книги по истории Холокоста.

Выдержки из энциклопедии «Холокост», из статьи «Болгария»:

«Одним из первых антиеврейских актов правительства Болгарии в сентябре 1939 г. стало поспешное изгнание из страны 4 тыс. евреев, приехавших из других государств».

«Проникновение расовой теории и нацистской идеологии создать в Болгарии благоприятную почву для принятия антиеврейских законов <…> «Антиеврейские законы были утверждены парламентом по инициативе Кабинета министров и царя Бориса ещё до того, как Болгария 1.3.1941 г. вошла в число стран «Оси».

«Евреи, их дома и предприятия — всё должно было быть помечено звездой Давида, что делало их беззащитной мишенью».

«Евреям было запрещено поступать на службу, как в частные компании, так и в общественные, муниципальные, правительственные учреждения. Все еврейские школы, театры, кинотеатры, издательства, рестораны и отели были закрыты».

«Смешанные браки были объявлены вне закона»

«Евреи-мужчины от 20 до 40 лет, освобождённые от воинской службы, были отправлены в трудовые лагеря».

«Евреям было отказано в праве заниматься многими профессиями»

«Евреев стали называть врагами государства»… и т. д. (стр. 89—90). Вот такой он был праведник, чьё имя навечно запечатлено в иерусалимском мемориале.

Да, плохи дела у жрецов Холокоста, если они присваивают звания «Праведник мира» таким слугам гитлеровской Германии, как болгарский царь Борис и глава украинской униатской церкви Андрей Шептицкий.

Недавно, как сообщает бюллетень «Холокост» (№ 3, 2007) «еврейская община Украины признала Митрополита Шептицкого «праведником мира»; «мы хотим отдать должное человеку, спасшему сотни евреев», — сказал раввин Украины Мойше Аеман.

Сколько сотен евреев и каким образом спас Андрей Шептицкий — неизвестно, но, как утверждает польский журналист Богдан Цивинский в статье «О Митрополите Львовском Андрее Шептицком» («Новая Польша», № 6, 2006 г.) греко-католический пастырь Львовщины действительно «в феврале 1942 г. написал письмо Генриху Гиммлеру, протестуя против уничтожения евреев». Однако в июле 1941 года он «в пастырском послании приветствовал немцев, как освободителей, а 6 июля после провозглашения бандеровцами независимого украинского государства принял почётный пост председателя Украинского национального Совета».

Вспомним, что бандеровцы были носителями самого кровавого антисемитизма, а хлопцы Романа Шухевича ни раз устраивали на Львовщине самые страшные погромы. Так что не в Берлин надо было писать письма Андрею Шептицкому, а своих чад во Христе воспитывать… А сколько при нём и с его благословения было уничтожено на Западной Украине советских людей разных национальностей в то время, когда он занимал пост председателя Украинского национального совета — один Господь знает… Но за евреев однажды заступился, и потому заслуживает, видимо, звания «праведник мира», а то, как Шептицкий относился к сыновьям и дочерям других народов, к гоям, жрецов Холокоста не интересует.

«Почти за 500 лет до Рождества Христова, — пишет англо-американский историк и публицист Дуглас Рид в книге «Спор о Сионе», — маленькое палестинское племя иудеев провозгласило расовую доктрину, влияние которой на последующие судьбы человечества оказались губительнее взрывчатых средств и эпидемий… Она была творением иудейских левитов».

Но высшее предназначение израильского племени, может быть, состоит в том, что во все времена, от вавилонских до сегодняшних, из его среды выходили одиночки, восстававшие против Касты, державшей в оковах расовой доктрины еврейское простонародье.

В эпоху создания Пятикнижия и Моисеева закона с бесчеловечной властью левитов боролся пророк Амос, осуждавший кровавые ритуальные жертвоприношения: «Ненавижу, отвергаю праздники ваши и не обоняю жертв во время торжественных собраний ваших. Если вознесёте мне всесожжение и хлебное приношение, я не приму их». А другой пророк, Осия заклинал своих современников: «Ибо я милости хочу, а не жертвы, и Боговедения более, нежели всесожжения»… Пророк Иеремия, изгнанный в Египет, как и все остальные пророки, осуждал сатанинские кровавые ритуалы левитов: «И устроили высоты… чтобы сжигать сыновей своих и дочерей в огне, чего я не повелел и что мне на сердце не приходило».

Вспомним о том, что слово «Холокост» переводится как «всесожжение», и эта этимология образует роковую связь между жрецами эпохи вавилонского пленения и сегодняшними идеологами Холокоста.

Когда левиты заканчивали работу над главами Моисеева закона, утверждающими апологию избранничества и владычества евреев над другими народами, то пророк Иеремия призывал своих соплеменников жить в мире с племенами в землях и странах, куда их забросила судьба:

После вавилонского пленения и падения Иудеи Иеремия проповедовал: «Так говорит Господь Саваоф… всем пленникам, которых я переселил из Иерусалима в Вавилон… И заботьтесь о благосостоянии города, в который я поселил Вас, и молите за него Господа, ибо при благосостоянии его и вам будет мир» (стр. 33).

Чуть ли не с теми же словами обращался к еврейскому племени пророк Исайя Второй, живший в Вавилоне:

«Сыновей иноплеменников, присоединившихся к Господу… даже их я приведу на святую гору Мою и обрадую их в Моём доме молитвы… ибо дом мой назовётся домом молитвы для всех народов» (стр. 33). И всё же до рождения и подвига Христа жрецам удавалось держать народ в путах расовой теории. Впрочем, и сегодня они озабочены человеческими слабостями своей паствы. Как пишет историк, живущий в Израиле, «раввины запрещают молодёжи и непросвещённым верующим читать пророков вообще, и Исаия же особенно находится у ортодоксов в опале» (С. Баландин. «Основы научного антисемитизма». Алгоритм. 2008 г. стр. 153).

Сопоставляя мифические и сегодняшние времена, Дуглас Рид находит в них немало общего:

«Иеремию, явно убитого при приказу левитов, сегодня клеймили бы, как помешанного или болтуна, сумасброда или антисемита; в его время обычным обвинением было: «пророк и сновидец». (Стр. 33).

Вспоминаю, как я, двадцать лет тому назад прочитавший в какой-то прессе репортаж о посещении Патриархом Алексием Вторым Америки, был озадачен и недоумевал по поводу его слов, произнесённых во время встречи с американскими раввинами: «Ваши пророки — наши пророки!» — сказал Патриарх. Я тогда не понимал глубокого смысла его слов, содержащих ту истину, что все израильские пророки есть предтечи Иисуса Христа, подготовившие мир и души человеческие к его явлению. Не левитов, не талмудистов, не раввинов вспомнил патриарх, а — пророков. Недаром же Осип Мандельштам, принявший христианство, гордился тем, что происходит из народа «пророков» и одновременно признавался, что бежит от «хаоса иудейского», то есть от мрачного, душного, плотского материального мира левитов и раввинов. Почему плотского и материального? — потому что в отличие от пророческого мира — душевного, доброго, милосердного, небесного мир иудейский во всех его ипостасях — левитский, фарисейский, талмудический, начиная от Второзакония и кончая Шулхан Арухом — жаждет захватывать, порабощать, властвовать, убивать, пленять, обогащаться, радоваться добыче, враждовать с чужими идолами и богами, обонять ноздрями запахи горелой плоти с жертвенников, заключать союз с Богом посредством кровопускания… За этот «кровный союз» их Ягве помогает им и на протяжении всей двадцатипятивековой истории обольщает своих подданных, что они будут «жить в жилищах, которые не строили», «собирать плоды в садах, которые не сажали» и ждать Машиаха, который обещал им безраздельную власть над миром.

Время для жрецов Холокоста движется вспять, потому что иные из них настолько уверовали в мощь Ягве, что пытаются возвратить в жизнь ритуалы, казалось бы, навсегда забытые человечеством. Трудно в это поверить, но в Израиле появилось объединение раввинов («Реорганизованный синедрион»), которые готовятся к возрождению на Храмовой горе кровавых жертвоприношений, запрещённых в 70 г. н. э. со времени разрушения Второго Храма.

«Несколько лет назад члены религиозных движений принесли символическую жертву на холме в Гиват Хананье, с которого видна Храмовая гора. Участники ритуала зарезали козла <…> и сожгли его на специально возведённом двухметровом жертвеннике, построенном по правилам еврейского закона Галахи» («Еврейская газета» от 14.12.2008 г.)

После великой новозаветной мистерии с Голгофой и Воскресением подобное, казалось бы, уже невозможно! Продолжая традицию пророков, в Средние века из «иудейского хаоса» постоянно рождались протестанты, диссиденты, еретики. В XII веке в испанской Кордове появился Моисей Маймонид, восставший против расизма талмудистов. Они донесли на него инквизиции, отлучили от общины, инквизиция согласно доносу сожгла его антиталмудические книги.

В XVII веке точно так же был изгнан из общины и предан анафеме человек свободный мысли, талантливый философ и учёный Барух Спиноза. В одно и то же время с ним отвергнул бесчеловечные законы талмуда другой протестант Ариель д’Акоста, утверждавший, что талмудические истины — отнюдь не божественного происхождения, что это дело рук самих талмудистов. Его отлучили от веры, затравили, и он вынужден был покончить с собою.

В XIX веке в эпоху европейской эмансипации немецкий еврей Моисей Мендельсон «впал в ересь» и стал проповедовать, что евреи должны слиться со всем человечеством, что нужно вернуться к пророкам. Его перевод библии на немецкий язык был публично сожжён раввинами в Берлине.

В русском XIX веке два славных имени, монах Неофит и Яков Брафман с его ставшей знаменитой, но потом почти полностью уничтоженной книгой «Тайны Кагала», внесли свой вклад в освобождение евреев от жреческой диктатуры.

Да и Карл Маркс во всех еврейских энциклопедиях считается антисемитом за его «еретическую» мысль о том, что «деньги являются ревнивым Богом Израиля».

Когда же всё расистское наследие двух с половиной тысячелетий сосредоточилось в XX веке в руках сионистской верхушки, то вызов ей бросили еврейские религиозные и политические идеалисты нового времени: немецкая еврейка Ханна Арендт, русско-израильский еврей Борис Бернштейн, французский еврей Роже Гароди, американские евреи Альберт Эйнштейн, Альфред Лилиенталь и Норман Финкельштейн, русские евреи философ Семён Франк и Александр Мень, публицист Исраэль Шамир, украинский еврей Эдуард Ходос и другие именитые и даже безвестные люди. Эдуард Ходос очень просто и убедительно выразил сущность своего мужественного стояния за истину:

«Лично мне моя национальность ничуть не мешает говорить о еврейском фашизме Напротив, учитывая коварство и фарисейское лицемерие врага, я считаю себя обязанным открывать людям глаза на то, что они не способны разглядеть сами».

А с каким печальным достоинством излагает своё понимание еврейства сын узников Освенцима Норман Финкельштейн:

«Я не люблю ни филосемитов, ни антисемитов. Я хотел бы, чтобы люди обращались со мной, как с обычным человеком»…

После таких слов всякое понятие об «избранном народе» испаряется, «яко дым». Какую веру исповедуют эти отступники? Не рискую ответить. Думаю, что кто-то из них православный, кто-то мусульманин, кто-то агностик, кто-то буддист, кто-то протестант, кто-то католик. По-моему, никто из них не является адептом ортодоксального иудаизма. И это не случайно.

В мемориале Яд Ва-шем запечатлены имена людей, которые спасали евреев от физической смерти, и за это им, спасателям присвоено звание «праведник мира».

Все, кого я вспомнил в этой главе — начиная от ветхозаветных пророков — и до Ханны Арендт с Норманом Финкельштейном в эпоху воинственного насаждения религии Холокоста спасают честь, совесть и душу еврейства. Так может быть они тоже праведники?..

Читать дальше

В начало